Алексей Иванов: «Если в фильме «Сердце пармы» что-то наврали в костюмах – это не важно»

О ТОЧНОСТИ ЭКРАНИЗАЦИИ ЕГО РОМАНА «СЕРДЦЕ ПАРМЫ»

— Содержание книги «Сердце пармы» и фильма не совпадают на 100%. Но я считаю, что картина отражает эмоцию моего романа, страсть, нерв. Я могу смело назвать эту экранизацию удачной.

О ГЛАВНОМ ГЕРОЕ «СЕРДЦА ПАРМЫ»

— Чтобы создать главный характер, я выписал в столбик исторические факты и деяния, которые совершил князь Перми Великой Михаил, и далее придумал, какой человек по характеру может совершить такие поступки и принять такие решения. Мой Михаил в отличие от экранного никогда не берёт в руки меча, мой Михаил — это Гамлет.

ОБ ИСТОРИЧЕСКОМ СООТВЕТСТВИИ ФИЛЬМА «СЕРДЦЕ ПАРМЫ»

— Главный инструмент художника — это образ, а факт — это главный инструмент историка. И не надо это путать. Если в фильме что-то наврали в костюмах — это не столь важно. Я к таким вещам отношусь с пониманием. Мне кажется, это в 19-20-х веках под историческим произведением подразумевалась иллюстрация, буквальное следование фактам. Но в 21-м веке всё стало по-другому. Суть исторического жанра — неважно, в кино или в литературе — в том, что герои мотивированы историческим процессом. Например, в «Трёх мушкетёрах» главные герои мотивированы любовью, дружбой, местью — чем угодно, но не борьбой католиков с гугенотами. Поэтому это приключенческий роман. А в «Сердце пармы» герои мотивированы именно историческим процессом, и это является залогом того, что фильм принадлежит к историческому жанру. А то, что в этом фильме появляются мистика, колдуны, какие-то отступления от реальных фактов — в 21-м веке это неважно. Главное, дать представление, образ эпохи.

О ВИНЕ РУССКОГО ЧЕЛОВЕКА

— Я много путешествовал по регионам, когда-то отличавшимся яркой культурной самобытностью, которая потом была нивелирована. И я обратил внимание, что в экономически успешных регионах жители начинают испытывать так называемую вину русского человека за то, что региональные культуры были уничтожены. Возьмём очень богатый регион — Ханты-Мансийский округ. Там местное население составляет 2-3% процента, все остальные приезжие: русские, украинцы, татары, евреи. Но самопрезентация региона сейчас идёт через культуру малых народностей. Там идёт возврат к коренному образу жизни, открывают музеи, галереи, посвящённые исчезнувшим традициям и укладу. Ханты-Мансийск застроен современными домами в виде пирамид, и, как говорит губернатор округа Александр Филипенко, это «чумовая архитектура» — от слова «чум». Даже региональное подразделение компании Shell имеет логотип в виде национального узора.

О СЕКРЕТЕ ВДОХНОВЕНИЯ

— У каждого писателя существует свой набор литературных технологий. Например, Довлатов считал, что в предложении все слова должны начинаться с разных букв. А Флобер считал, что нельзя, чтобы одно и то же слово повторялось на странице дважды. Но если вы будете следовать только этим правилам, вы всё равно не будете писать, как Довлатов или Флобер. Где начинается химия, никто не сможет сказать.

О ВЫБОРЕ ТЕМЫ

— Писатели существуют двух видов. Первый — это авторы, которые окучивают одну-единственную титаническую идею. Чаще всего это страдания или величие русского народа или злодеяния российской власти. Я таких писателей называю аббревиатурой ВПЗР — великие писатели земли русской. Классический пример — Александр Солженицын, при всём моём уважении. Я принадлежу к другой категории писателей. Я их называю буржуазными писателями, они занимаются проблематизацией бытия. Они своими произведениями отвечают на раздражители современности. Я смотрю, что меня больше всего «бесит», что является вызовом сегодня. Дальше нахожу событие, которое можно разархивировать в интересный сюжет, и уже решаю, в каком жанре это лучше будет сделать.

(Мария Позина, Gazetametro, 16.10.22)